Saturday, December 31, 2016

В чем виновен дофамин.

Народ увлечённо занят подведением итогов и поздравлениями,- дело хорошее.
А я для разнообразия поделюсь с вами чем-то интересным.
Статья не моя:
Почему пьяный не может вовремя остановиться? Почему  игрок спускает все деньги в казино, геймеры отказываются от сна и еды, а пользователи соцсетей без конца проверяют email?
Причина одна - дофамин, dopamine, В 1953 г ученые James Olds и Peter Milner поставили эксперименты, в которых было показано как работают мотивация, надежда, целеустремленность, а также механизм развития тяжелых зависимостей.
Они вживили в мозг крысы электрод - считалось, что крысы ненавидели электрические разряды и стремились избежать всего, что совпадало с моментом мозговой стимуляции. Но крыса всегда возвращалась в тот угол клетки, где ее било током, как будто она мечтала все повторить. James Olds и Peter Milner решили, что ошибочно вставили электрод в неизвестный ранее "центр удовольствия".
Ученые проверили, будет ли крыса сама бить себя током, и установили в клетке рычаг, нажимая который крыса могла стимулировать электрическим током свой "центр удовольствия".
Как только она разобралась, что к чему, то принялась давать себе разряды каждые пять секунд. Крыса продолжала жать на рычаг до тех пор, пока не падала от усталости.
Крысы были готовы даже терпеть пытки ради стимуляции мозга. Olds поставил рычаги в противоположных концах клетки, по полу которой подавался электрический ток. Животное могло получать разряды от рычагов лишь попеременно, для чего требовалось перебегать из угла в угол. Крысы резво бегали взад и вперед по жгущему током полу, пока их лапки не обуглились, но Olds продолжал считать, что на эти жертвы крыса шла ради кайфа от электростимуляции "зоны удовольствия" мозга.
Ознакомившись с результатами исследований на крысах, психиатр Robert Heath вживил электроды в мозг пациентов и дал им возможность самим стимулировать недавно обнаруженный центр удовольствия. Пациенты вели себя точно так же, как крысы: когда им разрешили стимулировать себя с любой частотой, они давали себе по 40 разрядов в минуту. Heath, как и Olds и Milner, предположил, что раз испытуемые постоянно себя стимулировали, отказывались даже от пищи ради возможности бить себя током - они "награждали" себя чувством эйфории. Однако пациенты с депрессивными расстройствами по-прежнему говорили, что, не смотря на желанную самостимуляцию, данные процедуры сопровождались чувством отчаяния и тревоги. Таким образом их поведение выглядело скорее как навязчивость, а не как наслаждение. Но ученые не распознали это поведение как первый признак зависимости и навязчивых действий.
Сегодня известно, что Olds и Milner открыли не "центр удовольствия", а то, что нейробиологи теперь называют системой мотивации. Область, которую они стимулировали, была частью самой примитивной мозговой структуры, которая возникла, чтобы побуждать нас к действию и потреблению. И для этого не обязательны электрические разряды - весь наш мир полон стимуляторов данного центра мозга. Как повседневная деятельность, так и казино, лотереи, реклама - все это превращает нас в крыску Олдса и Милнера.
Но как система подкрепления заставляет нас действовать? Когда мозг замечает возможность награды, он выделяет нейромедиатор дофамин. Дофамин приказывает остальному мозгу сосредоточиться на этой награде и во что бы то ни стало получить ее. Прилив дофамина сам по себе не вызывает счастья, а лишь возбуждает необходимые для действия зоны мозга. Мы резвы, бодры и увлечены. Мы чуем возможность удовольствия и готовы усердно трудиться, чтобы его достичь. Исследования показывают, что можно уничтожить всю дофаминовую систему в мозге крысы, но та все равно скорчит довольную мордаху, если вы покормите ее сахарком. Только вот работать за лакомство ее уже не заставишь.
В 2001 г. нейробиолог Brian Knutson поставил прекрасный эксперимент на людях. Он помещал участников в томограф и вырабатывал у них условную реакцию: когда на экране появлялся определенный символ, они могли выиграть денежный приз. Чтобы его получить, нужно было успеть нажать на кнопку. Вскоре, когда люди видели символ, в их мозге активировалась система мотивации и выделялся дофамин, и участники изо всех сил давили на кнопку. Но в случае выигрыша эта область мозга отключалась. Радость победы регистрировалась в других нервных центрах, где дофамин уже не принимал участия.
Нутсон доказал, что дофамин отвечает за мотивацию к действию, а не за счастье. Обещание награды требовалось, чтобы не проворонить выигрыш и успеть нажать на кнопку. Когда возбуждалась система мотивации, они переживали предвкушение, а не удовольствие.
Улыбка сексуальной незнакомки, скидка на престижный автомобиль или запах свежей булочки - все это стимулирует выброс дофамина и побуждает к деятельности. Ожидание письма, лайков и комментариев в соцсетях, заставляет нас, словно лабораторных крыс, маниакально жать на кнопку "обновить", искать wi-fi или розетку в аэропортах. Все это - современные эквиваленты приборов самостимуляции психиатра Роберта Хита.
Очевидно, что разработчики видеоигр намеренно эксплуатируют наши центры мотивации. Обещание, что переход на следующий уровень или великая победа может произойти в любой момент, - вот что делает игру столь притягательной. И поэтому от нее так трудно оторваться. В одном исследовании обнаружилось, что видеоигра вызывает выброс дофамина, сопоставимый с использованием амфетамина: дофаминовая лихорадка сопутствует как игровой, так и наркотической зависимостям. Вы не можете предсказать, когда получите баллы или перейдете на другой уровень, поэтому ваши дофаминергические нейроны продолжают срабатывать, а вы прилипаете к стулу. Подсядет не всякий, взявший в руки пульт, но у тех, кто к этому склонен, может развиться такая же зависимость от игр, как от любого наркотика. В 2005 году 28-летний корейский мастер по ремонту бойлеров  Ли Сенг Сеп умер от сердечно-сосудистой недостаточности, играя в StarCraft 50 часов. Он отказывался спать и есть. Эта история не может не напомнить о крысах Олдса и Милнера, до изнеможения нажимавших рычаг.
Еще один клинический случай. Адам выпивал лет с девяти, кокаин начал нюхать в 13 лет и во взрослом возрасте сидел на марихуане, кокаине, опиатах и экстази. Все изменилось когда он быстро принял все наркотики, которые имел при себе, чтобы не загребли в полицию при облаве в ночном клубе. Опасная комбинация кокаина, экстази, оксикодона и метадона чуть не привела к почти фатальному падению артериального давления и сократила доступ кислорода в мозг. Хотя его откачали и в итоге выписали из больницы, временное кислородное голодание все же дало о себе знать. Адам потерял все влечения к наркотикам и алкоголю. Он перестал принимать их вообще. Эта волшебная перемена была отнюдь не духовным откровением — он не одумался, побывав на волосок от смерти. Как утверждал Адам, он просто потерял желание употреблять психоактивные вещества. Это может показаться поворотом к лучшему, но он перестал вожделеть не только кокаин и алкоголь. Адам потерял желания, и точка. Исчезли и его задор, и способность сосредотачиваться, он стал нелюдим. Вместе со способностью ожидать наслаждений он потерял надежду и погрузился в глубокую депрессию. Что же привело к потере желания? Изучив результаты томографии его мозга психиатры обнаружили, что кислородное голодание во время передозировки вызвало гибель нейронов в системе подкрепления.
Но вернемся к алкоголю. Почему во время пьянки часто происходит момент, когда отключается самоконтроль, и человек, накануне пообещавший себе не напиваться, начинает пить одну за другой пока его держат ноги, явно уже не получая удовольствия от происходящего?
Не удивительно, что виновен в этом дофамин, который в гигантских дозах вырабатывается в мозге под действием даже небольших доз алкоголя. Каждая очередная рюмка вызывает все больший выброс нейромедиатора, который заставляет нас "повторить", буквально превращая нас в неразумное животное - ведь зона мотивации одна из самых древних в головном мозге.
(Опубликовано by glagolas